Заработали миллионы долларов на бульбе. Как в Беларуси работает самое крупное хозяйство по производству картошки.

В нескольких километрах от Шклова семья Владимира Малиновского уже 28-й год занимается выращиванием картофеля в промышленных масштабах. В прошлом году его фермерское хозяйство «Диана» стало самым крупным по производству картошки в стране, в этом году, говорит хозяин, урожай будет еще больше.

Заработали миллионы долларов на бульбе. Как в Беларуси работает самое крупное хозяйство по производству картошки.

Средняя зарплата в хозяйстве — 1230 рублей, в сезон уборки тракторист за месяц может заработать 5 тысяч! В хозяйство на подработку приходит даже сотрудник банка, который на время отпуска из офисного кресла пересаживается на трактор.

В Беларуси нет одной картофельной столицы, но есть три самых крупных производителя — госпредприятие «Толочин» и частные фермерские хозяйства «Сула» в Столбцовском районе и «Диана» в Шкловском районе. В разгар уборки TUT.BY отправился в Шклов, чтобы посмотреть на хозяйство фермера, который каждый год делает миллионы долларов на бульбе. В 1991 году вместе с супругой он оставил работу в колхозе, чтобы уйти на свои хлеба. Хозяйство и сегодня выращивает пшеницу, ячмень, рапс и гречку, но самую большую известность «Диане» принесла белорусская картошка.

Картошку в хозяйстве сажают по навигации.

Владимира Малиновского мы встречаем в одном из хранилищ. В своем рабочем кабинете он почти не бывает. Среди рабочих, которые настраивают машину, мы не сразу узнаем главу хозяйства. Он налаживает работу конвейера.

— У нас здесь небольшая поломка, — объясняет Владимир Исакович. — Минутка — и все заработает.

Бизнес на картошке

В отсеке хранилища картофель может лежать до 10 месяцев — картошка не прорастает. В хозяйстве «Диана» высокий технологический процесс, все современное.

В технологии в хозяйстве вкладывают очень много, работа максимально автоматизирована, в поле вообще нет ручного труда.

Сильно поработали с навигационными системами, внедрив элементы точечного земледелия. Установлена станция позиционирования группировки спутников ГЛОНАСС, которая дает точность прохода трактора до 2 см. На тракторе устанавливается автоматическое подруливающее устройство. Блок принимает сигнал и дает направление движения трактору, машина идет по сигналу. Участие водителя в этом процессе — привезти машину на поле, запрограммировать ее на нужный вид — все, управлять рулем не надо. Системы установлены на опрыскивателях, тракторах John Deere, которые сеют зерно, сажают картофель, могут заниматься подготовкой почвы и т.д.

Станция позиционирования стоит порядка 50 тысяч долларов, оборудование на каждый трактор в зависимости от комплектации стоит 15−23 тысячи долларов.

За пару лет окупаемость составит 100%. Машина сама идет более точно, чем человек может ее привезти.

Нет пересевов и лишних проходов, раствор лишний раз не вносится — огромная экономия.

В хозяйстве Малиновского постоянно работает 70 человек. Еще 70 набирают на договор подряда во время уборки.

В 2018 году средняя зарплата в хозяйстве была 1230 рублей.

— По итогу этого года зарплата будет выше, потому что урожайность выше, — объясняет Владимир Исакович. — Средняя урожайность картофеля — до 300 центнеров с гектара, в передовых хозяйствах — 400. У нас в прошлом году было 430, в этом году, мы уже видим, выйдем на 480−500. Да, была засуха, но в тот период для картофеля она никакой роли не сыграла, картофель после всхода питается за счет клубня, а уже потом ему нужна влага, и в это время у нас пошли дожди, картофель хорошо отреагировал.

За год поставили за границу картошки на 4 млн долларов.

Глава хозяйства ведет на склад, где картофель чистят и моют, упаковывают — готовят к продаже. На линии снова несколько человек — это так называемая инспекция, смотрят, чтобы поврежденный продукт не попал на отгрузку, также убирают самые крупные картофелины — одна может завесить на полкило.

— Такой картофель у нас заказывают для российских ресторанов, — говорит Владимир Малиновский. — Берут одну такую картофелину, заправляют ее сыром, мясом, грибами — и продают по 3−4 доллара за штуку. Белорусские рестораны тоже закупают, но реже.

Обычная картошка идет по 30 копеек за килограмм, крупная процентов на 10 дороже. Мытый картофель, конечно, тоже дороже, процентов на 50. На поврежденный картофель тоже есть покупатель — он идет на крахмальные заводы.

Внешний вид картофеля — один из основных показателей:

— Внешний вид выходит на первый план. Мне говорят: ты мне дай хоть что, но чтобы продукт красивый был. Но для нас важно качество. Можно поставить ерунду в красивой упаковке, какое-то время люди будут охотно брать, пока не разберутся. Я считаю, мы должны брать качеством. На качественный продукт всегда найдется покупатель. Одно время мы поставляли картофель в московские школы. Учителя говорили, что дети его охотнее едят, чем импортный, вкусовые качества другие.

Рабочими формируются фиолетовые сетки с картофелем — по 25−30 кг, укладывают их на паллеты — это единственный ручной труд, во всем остальном работает техника.

Фуры здесь стоят со всех регионов Беларуси, отдельная очередь — из украинских машин.

80 процентов от всего объема идет в Украину. В 2018 году мы экспортировали картофеля на 4 млн долларов, в 2017 году — на 2,8 млн долларов.

Основная масса картофеля уходит за пределы Беларуси, осваиваем рынки других стран. Очень хорошо идет Украина, сроее всего это связано с засухой и неурожаем.

В белорусские торговые сети шкловский картофель тоже поступает. В этом году, по словам Малиновского, несколько партий уже взял «Евроопт».

«Конкуренции не боимся, почти никто не может соблюдать технологию, как мы».

В последние годы белорусские хозяйства резко сократили площади под посадку картофеля. Причин несколько. Во-первых, некоторые СПК переориентировались на производство мяса и молока. Во-вторых, перевозка подорожала — дороги стали платными, поднялась цена на топливо. Окупается теперь в основном картофель премиум-класса — мытый или шлифованный.

Конкурировать с такими частными хозяйствами, как наше, становится тяжело, — говорит Малиновский. — У нас высокая организация труда, полнота исполнения технологии и большие объемы производства продукта. Нужно обновлять технику, закупать препараты, и не каждый может это сделать, особенно учитывая ситуацию, в которой сегодня находятся некоторые колхозы. Конкуренция среди хозяйств есть, но она нам не страшна, потому что технологии, которые используем мы, может позволить себе ограниченное количество хозяйств. Есть конкуренция в части сбивания цены, но так и должно быть. Кто будет качественно работать, тот и останется на рынке.

В «Диане» преимущественно работают с белорусскими сортами картофеля, но постепенно вводят и импортные, в основном немецкие — «Джелли», «Родрига», «Королева Анна».

Не надо сбрасывать со счетов белорусские сорта, в прошлые годы наша наука работала неплохо. Например, удачным был сорт «Скарб», но он уже устарел. Появились новые сорта, которые превосходят его по ряду показателей.

Руководитель усаживает нас с фотографом в свой внедорожник, который в данном случае действительно не роскошь, а единственное возможное средство для передвижения по полям — и мы отправляемся посмотреть, как идет уборка картофеля.

Глава хозяйства никого сам не увольняет.

В этом году фермерское хозяйство «Диана» посадило картофеля на полях размером тысячу гектаров.

Навстречу нам движется трактор John Deere. Владимир Малиновский говорит, что водитель в августе прошлого года за месяц заработал 5 тысяч рублей, но работал он, что называется, от рассвета до заката. Подработать в хозяйство на время отпуска приходят работники местного училища и даже сотрудник банка.

Как в хозяйстве решают проблему с дисциплиной, в частности с пьянством? Владимир Малиновский говорит, что принципиально никого сам не выгоняет, даже если человек уходит в запой.

— Такому человеку надо создать такие условия, чтобы ему стало невыгодно работать, — считает собеседник. — В период массовой уборки картофеля у нас жесткие правила. Если человек не вышел на работу, с него автоматически снимается один рабочий день, который он уже отработал. Если его отправили с работы пьяным, у него снимается два рабочих дня. Это отражено в приказе. Мы людям платим два раза — аванс и зарплату. Тем, кто попался пьяным или не вышел на работу, аванс не выдавать — пусть ждут зарплату. Мы не работаем в воскресенье, даже во время уборки. Надо дать людям хотя бы один день отдохнуть.

Рабочий день начинается в 8 утра, специалисты приходят на полчаса раньше — на ежедневную планерку. Во время уборки все работают до 9 вечера, а трактористы даже до 10 — последнюю загрузку в хранилище забирают утром, чтобы с первой минуты загрузить работников, у которых начался рабочий день.

С куста — пару килограммов картофеля.

Мы подъезжаем к полю и видим, что ботва картофеля будто сожжена. Кажется, ее сожгло или солнце, или болезнь. На самом деле специалисты хозяйства сами обработали кусты, чтобы остановить рост и чтобы начала крепнуть кожура. Глава хозяйства ловко надевает рабочие перчатки, они у него всегда с собой, и вырывает один куст.

— Нічога няма, нічога няма, — иронизирует Владимир Исакович и достает одну за другой картофелины сорта «Королева Анна». — Ну что, пару килограммов с куста будет.

— И это с одного куста? — удивляемся мы. — Да зачем самому выращивать эту картошку, если никогда в жизни так не выйдет, проще купить!

— Это правда. Проще купить — у нас! — улыбается глава хозяйства.

— А цветную картошку вы готовы выращивать? Наши селекционеры сейчас выводят новый сорт.

— Это на любителя. Но я возьмусь за все, что будет пользоваться спросом на рынке.

На поле замечаем местного жителя с ведром в руках. Владимир Исакович разворачивается, подъезжает к нему.

— И что вы здесь делаете? Ведь видно же, это поле еще не убрано. Идите на соседнее, там можно брать, — кричит он сельчанину и, обращаясь к нам, объясняет: — Воруют, а как же без этого? Если их 70 лет учили воровать…

В хозяйстве пытались заниматься не только зерновыми и картофелем, выращивали, например, и капусту. Говорят, шла неплохо, но ближайшее время не планируют заниматься новыми культурами. А вот расширяться по картошке, считает Малиновский есть куда. Его супруга Светлана по-прежнему работает в хозяйстве. Старший сын Дмитрий — уже первый заместитель. Именно он, по словам Владимира Исаковича, вскоре должен будет взять все управление под свое крыло. Еще один сын — в США, работает в компании Apple, дочь Диана, в честь которой родители в 1991-м назвали свое хозяйство, работает здесь же.

— Если бы тогда, в начале 1990-х, вы остались председателем колхоза, удалось бы вам добиться того, чего вы добились в итоге? — спрашиваем у руководителя.

— Пожалуй, нет, — говорит Владимир Малиновский. — Проблема только в одном. Как сказал один чиновник: «Вы наняты государством и будете делать все, что мы вам скажем». Этим все сказано. Если работник видит, что надо сделать, но не может это сделать, ничего не выйдет.

У вывески крестьянско-фермерского хозяйства «Диана» стоит скульптура древнегреческого мифического героя Сизифа, который тащит на гору тяжелый камень. Этот образ хорошо показывает труд белорусского фермера — можно заработать, даже очень хорошо заработать, но толкать тяжелый камень нужно круглый год.

Поделиться:

Читайте также: